Сургут приобщился к венскому вальсу. Свободных мест в филармонии не было

В четверг выяснилось, что сургутянин лаком до легкого жанра. Классика в формате вальсов-полек-галопов была обеспечена силами оркестра из знаменитого Шенбруннского замка (Австрия). Полный зал филармонии собрали сообщения о том, что в город приезжает камерный оркестр, стационарная площадка которого – венская резиденция австрийских императоров.

На зрителя пахнуло «венскостью», как мы ее себе представляем. Репертуар двух отделений ожидаемо состоял из вальсов, полек, арий из оперетт. А в них – легкость, задор, очарование неведомых эпох и поэтических образов. Закономерно ничто не сподвигало к печали. Наоборот, все эти «липпен», «херц», «ферлибт», что узнавались в ариях, настраивали на легкомысленный лад. Солистка – Алеся Милютина (сопрано), кстати, оказалась сибирячкой.

Оркестр пленял филигранной техникой игры, изяществом исполнительского мастерства. Местные музыканты разбирали в иероглифических движениях рук маэстро «мануальную технику высшей категории». Дирижер оркестра Гвидо Манкузи позабавил и впечатлил зал артистизмом. Не удовлетворясь звукоизобразительными деталями, по обыкновению украшающими репертуар Штрауса, он привнес в концерт дополнительные звуки Венского леса, весьма эмоционально пересвистываясь с ударником (который, кстати, в одиночку справлялся со всеми инструментами группы ударных). По ходу концерта маэстро успел постановочно почихать, изобразить кукушку, погрозить кулаком группе духовых и др.

В разных углах зала то и дело можно было наблюдать руководителей и музыкантов филармонии. Они все приценивались к акустике зала и пытались найти идеальную точку для прослушивания музыки. В итоге, кажется, выяснилось, что на дальних рядах концерт слушался лучше всего. Ненаслушанному уху, впрочем, было все равно – точнее, все хорошо.

Сургутяне аплодировали с большим отчаянием – видно было, что на концерте зрители замечтались: вот пуститься бы в пляс, заведенным галопом и вальсом, который Пушкин определил - «Однообразный и безумный, как вихорь жизни молодой». На бис Гвидо Манкузи объявил, что для зрителей он припас подарок – произведение собственного сочинения «Русская тройка». Однако когда оркестр заиграл, стало ясно, что маэстро явно усадил в тройку Иоганна Штрауса, поскольку слишком легко летели сани – и совершенно в эстетике предыдущих произведений.

После концерта Гвидо Манкузи ответил на несколько вопросов корреспондента «СТ».

- Маэстро, расскажите немного о своем оркестре.

- Наш оркестр – это музыканты из разных стран Европы. Главное, что их объединяет, – это то, что музыке они учились в Вене и играли очень много венской музыки. Для меня важно, чтобы музыканты оркестра были носителями именно этого вида музыкальной классики.

- Почему исполняете именно этот вид музыкальной классики?

- При создании оркестра мы задумывали исполнять именно такую музыку – музыку для удовольствия. Это было как легкая поп-музыка для танцев. Но я считаю, что это такая же высокая классика, как, например, опера, поэтому это искусство тоже нужно уважать.

- Как удалось подняться до таких высот?

- Много-много работать. Последние 10 лет наш оркестр как бы превратился в одного человека. Мы вместе дышим, вместе едим и вместе работаем. Когда достигаешь такого единения, мастерство в одночасье поднимается на более высокий уровень. Мы – цельный механизм, который нельзя растащить по кусочкам. Конечно, мы друг для друга настоящие друзья. Иначе ничего не получилось бы: ведь мы практически не расстаемся – для репетиций встречаемся более 10 раз в неделю.

- Вы творите и практически живете в старинном Шенбруннском замке. Чувствуете ли вы дыхание прошлого?

- Конечно! Ведь в замке играл сам Моцарт!

- На сцене вы очень артистичны. Не мешает ли это музыкантам исполнять свои партии?

- Каждый дирижер – это человек, который, естественно, имеет право выражать свои эмоции, как в жизни, так и на сцене. Но работа дирижера на сцене – это все постановка, задумка, никакой импровизации тут быть не может.

Выступление австрийского оркестра Сургутская филармония посвятила своим постоянным партнерам, которые в январе 2013 года сообща образовали Филармоническое общество Югры. Меценатам, в числе которых руководители крупнейших компаний города, вручили памятные знаки.

Анастасия Канашина, Надежда Спирина
Источник публикации: «Сургутская трибуна» № 29 (12606) от 16.02.2013